Глава 22

Детектив и журналистка вышли из дома и направились к машине. День выдался жарким. Сергей уже и не помнил, когда в Огранске последний раз шел настоящий проливной дождь. Незначительные кратковременные осадки не могли принести облегчения от  палящего солнца. Сразу после дождя воздух наполнялся  такими испарениями, что людям, страдающим сердечно -сосудистыми  заболеваниями нечем было дышать. К счастью ни Сергей , ни Катя не относились к этой группе населения.

Ольховский с завистью посмотрел на резвящихся у воды ребятишек. С каким удовольствием он бы скинул с себя одежду вместе со всеми заботами и проблемами и присоединился к их веселой компании. Но детство, к сожалению, всегда уходит. Уходит туда, откуда нет возврата.

 


 

Они сели в машину, не спеша отъехали , и лишь тогда Ольховский повернулся к девушке с вопросом:

- И каковы твои впечатления?

- Лена оказалась именно такой какой я ее и представляла.

- А Лидия Яковлевна?

- С ней все гораздо сложнее.

Девушка достала из своей сумочки пачку сигарет и зажигалку. Катя Гребенюк прикурила, жадно затянулась несколько раз и продолжила разговор.

- Как только я увидела Лидию Яковлевну, мне сразу захотелось  курить. Это действительно необычная женщина.

Сергей не понял связи между первым и вторым предложением девушки, но объяснения спрашивать не стал. Каждый мужчина знает, что женщины любят говорить загадками.

- Ну, и как же теперь наш сенсационный репортаж? – подмигнул детектив.

- Мне нужно все хорошенько обдумать, -  ответила журналистка серьезно. – И дело тут не только в сенсационном репортаже.

- Ты не могла бы поместить в своей газете изображение преступника?

- Сережа, подумай, о чем ты говоришь. – От волнения девушка даже закашлялась. – Чем можно объяснить его происхождение? Сновидениями не совсем здоровой бабушки? Ты не понимаешь, что у моей газеты есть определенная репутация, которой я очень дорожу, как ты, я надеюсь, дорожишь репутацией своего агентства.

Выдав эту тираду, девушка отвернулась к окну с обиженным видом. Сергей включил радиоприемник, и салон автомобиля  наполнился ритмичной музыкой. Катя была раздражена и не скрывала этого.

- Это что, опять твои любимые афроамериканцы, несущие свою абракадабру  под видом высокого искусства.

Сергей широко улыбнулся:

- А я и не знал, что ты такая ярая расистка.

 

Катя быстро поняла, что обижаться ей особо-то  и не на что. Она перестала дуться и запела, отбивая ладошкой  такт по колену Сергея.

- Расизма в сердце не держу,

Но за кого я вам скажу –

За  белых я, за белых я, за белых…

Неожиданно она прекратила пение.

- Хочу тебя спросить, Сережа. А ты не сомневаешься в умственных способностях этой женщины? Согласись, все-таки у нее была черепно-мозговая травма, сложнейшая операция…

-Нет, Катя. Дай бог каждому человеку, если ему придется пережить нечто подобное, сохранить такую ясность ума, твердость духа и чувство юмора.

Катя убрала руку с его колена.

- Ну, я не знаю. Наверно тебе видней. А вот лично мне показалось, что от нее прямо-таки веет могильным холодом. У меня самой даже руки замерзли и это в такую жару.

Они остановились на светофоре перед самым высоким зданием в городе – гостиницей «Россия». Из дверей гостиницы вышла высокая молодая девушка приблизительно Катиного возраста. Лицо ее заметно оживилось, когда в салоне стоящего перед ней автомобиля девушка увидела журналистку. Девушка сделала несколько торопливых шагов в сторону машины и подняла  в знак приветствия руку.

- Катя! – Прокричала она. – Постой, Катя!

Гребенюк отвернулась в противоположную сторону и принялась рассматривать соседний автомобиль.

-По- моему, тебя зовет какая-то девушка, - обратился Сергей к журналистке.

 В это время загорелся зеленый свет. Не поворачивая головы, Катя произнесла холодным тоном.

- Ты задерживаешь движение, Сережа, а я очень тороплюсь. Поезжай быстрее.

Сзади послышались многочисленные автомобильные сигналы, и автомобиль Ольховского тронулся с места.

- Ты не говорила мне, что спешишь, - заметил Сергей.

- А ты меня и не спрашивал, - ответила девушка.

Некоторое время Ольховский молчал, а затем спросил осторожно:

- Это была твоя знакомая, с которой тебе не хочется встречаться?

- Какая  еще знакомая? – Катя раздраженно отвернулась к окну. – И чего ты пристал ко мне с этой девушкой. Понимаю, был бы еще молодой человек. Может тогда я подумала бы, что ты меня ревнуешь. А так…

Ольховский чувствовал, что это была ложь. Для того,  чтобы сохранить какую – то тайну, Катя была готова лгать и притворятся. «А  разве любящий человек так себя ведет? Стоп! А разве она хоть раз говорила о том, что любит его?»

Сергей посмотрел на Катю по-новому, и девушка тотчас поняла, что совершила ошибку. Гребенюк взяла себя в руки и пустила в ход все свое обаяние. Ее стройная изящная нога прижалась  ноге Сергея, а длинные тонкие пальцы пробежались по его волосам.

- Се-ре-жа, - произнесла девушка на распев. – посмотри на меня пожалуйста.

Он держался, сколько мог, а мог он, к сожалению, совсем немного. В конце концов, не в силах бороться с ее очарованием Сергей повернулся и увидел, что перед ним сидит его Катя – легкое небесное создание с ангельским личиком. Он почувствовал запах ее тела, от которого закружилась его голова. Он вообще забыл бы обо всем на свете, если бы не сидел за рулем…

…Толик Елисеев вошел в ресторан «Восход» без особой надежды на успех. Он потратил немало времени на поиск возможных свидетелей, но никто так и не припомнил, что когда-то видел девушку, изображенную на фотографии.

«Ничего страшного», - подбадривал себя Елисеев. – «Чем чаще слышишь «нет», тем быстрее услышишь «да».

Детектив подошел к официанту, который производил впечатление человека энергичного и сообразительного.

- Добрый день. Частный детектив Елисеев. Вы не припомните, чтобы в вашем заведении появлялась эта девушка? Не исключено, что она была в сопровождении молодого мужчины.

Маленький шустрый официант с минуту помедлил, разглядывая лицо на снимке. Затем , точно вспомнив о неотложных делах, куда-то заторопился.

- Извините мне некогда, - произнес он как-то неуверенно, глядя куда-то в сторону.

Елисеев преградил ему дорогу своим внушительным телом.

- Это очень важное дело. А вы своим не желанием мне помочь ставите себя в очень затруднительное положение. Это не угроза, а очень серьезное предупреждение!

После этих слов к сомнению официанта добавился легкий испуг. Он пробежал глазами по залу в поисках охранника, но последний как назло куда-то запропастился. Маленький человечек опустил глаза и принялся внимательнейшим образом изучать собственные туфли. Елисеев тем временем поправил его бабочку выразительным театральным жестом и одновременно сунул в его нагрудный карман крупную денежную купюру. Таким образом, все сомнения были развеяны.

- Да, мне кажется, что я видел эту девушку в нашем заведении. – теперь голос официанта звучал дружелюбно. – Давайте присядем.

Они расположились за ближайшим свободным столиком и продолжили свою беседу.

- Так «Кажется» или «точно», - в голосе детектива послышались нотки нарастающего раздражения.

От вида следующей денежной купюры память официанта прояснилась окончательно.

- Точно! Она была в компании еще одной молоденькой девушки.

-Хорошо, а какой-нибудь мужчина их сопровождал?

- Нет. Никакого мужчины не было.

- Вы в этом уверены?

- Абсолютно точно. Они пришли и ушли вдвоем. За весь вечер даже ни разу ни с кем не потанцевали.

- Почему вы обратили на них внимание?

- А они вели себя как влюбленные "подружки". Для нашего приличного заведения это пока большая редкость и…

Официант замолчал и снова уставился на свои «интересные» туфли.

- …И оставили щедрые чаевые?

-Да, ответил официант почти шепотом. Расплачивалась другая девушка, которая вела себя, как влюбленный парень. Она смотрела на свою подругу с нескрываемым вожделением. Вообще я всех извращенцев на дух не переношу, но эта парочка выглядела как-то забавно.

Официант заметно осмелел и даже как-то криво усмехнулся.

- Опишите, как выглядела вторая девушка.

Маленький человек немного подумал, но видя, что выторговать ему больше ничего не удастся, вздохнул и продолжил:

- Это стройная эффектная блондинка с точеной фигурой и несколько надменным взглядом. Одежда изысканная, макияж умелый. В лице есть что-то восточное, рост небольшой, движения мягкие, грациозные,  походка красивая, уверенная даже после немалого количества спиртного. В их компании она была лидером. В отличии от своей подруги она, как мне показалось,  нередко посещает рестораны, хотя в нашем я ее видел первый и последний раз. То, что эти девушки были разные и по характеру, и по воспитанию и по социальному положению, сразу бросалось в глаза.

-В котором часу они ушли?

- Точно сказать не могу, но где-то сразу после полуночи.

- Хорошо, - подытожил Анатолий Елисеев. – Больше у меня к вам нет вопросов.

 …Сергей подбросил Катю в редакцию и поспешил в агентство. Едва переступив порог, он сразу понял по лицам своих коллег, что что-то случилось.

- Выкладывайте сразу, - начал он, не дав никому опомниться. – У меня нет желания теряться в догадках и щекотать себе нервы.

Наташа Волкова начала первой.

- Толик нашел ресторан, в котором узнали погибшую девушку.

- Отлично, но и чего же вы такие грустные? Дело же движется!

Сергей положил в стол портрет преступника, набросанный Савельевой старшей.

Толик продолжал сохранять молчание. Такое поведение начало действовать Ольховскому на нервы, он уже хотел было открыть рот, но в это время  Елисеев повернулся к Волковой и произнес:

- Давай лучше ты.

Наташа глубоко вздохнула и, глядя прямо в глаза Ольховскому, продолжила:

- Понимаешь, Сергей, погибшую видели в ресторане в компании еще одной девушки. Никакого мужчины с ними рядом и близко не было.

- Какой еще девушки? Почему девушки? – не мог понять детектив. – Ты можешь выражаться ясней?

Толик и Наташа переглянулись. Они знали то, чего он не знал. Предстоящий разговор будет не из приятных, но без него не обойтись.

- Тебе интересно, какой девушки? – Наташа была на взводе. - Эффектной такой девушки, блондинки небольшого роста с точеной фигурой.

Наташа Волкова сделала небольшую паузу, чтобы выделить свои последние слова.

- И восточным разрезом глаз, - выдохнула она.

Ольховский был в замешательстве, он явно не мог ничего понять.

- Что ты хочешь этим сказать?

- Только то, что ты совершенно потерял голову  из-за этой своей журналистки. Превратился в ее руках в марионетку…

- Постой, постой, - перебил Наташу Сергей. – Ты что обвиняешь Катю…

- И не только я, - раздраженно произнесла Волкова. – Ты можешь меня внимательно послушать?

- Всегда, пожалуйста, - снисходительно улыбнулся Ольховский.

Взволнованная девушка даже не знала с чего ей начать, но кое-как справившись со своим волнением, она перешла к волнующим ее фактам.

- Сам посуди, Сергей. Эта журналистка знакомится с тобой по собственной инициативе и тут же начинает подсовывать тебе одного за другим всевозможных подозреваемых.  Так? – Наташа, не увидев никакой ответной реакции, взволнованно повторила:

-Так?

- Ну, допустим,- нехотя согласился Ольховский.

А Наташа тем временем продолжала:

- Стоит тебе в разговоре с ней заикнуться о том, что ты собираешься достать документацию профессора Светлова, как на тебя сразу же совершается нападение, а сам профессор погибает. Так?

- Ну, допустим.

Наташа подошла к Сергею как можно ближе и заглянула ему в глаза.

- А почему она настаивала на своем знакомстве с Лидией Яковлевной? Не знаешь? Все ты прекрасно знаешь, но правда тебе не нужна.  Ты как баба руководствуешься своими чувствами. А между прочим, журналистка идеально подходит под описание, составленное официантом!

И тут внимание Волковой привлек белый лист бумаги, лежащий у Ольховского на столе.

- А это еще что такое? – Наташа подошла к столу и взяла лист в руки. – Какой отвратительный тип. Это что она тебе дала? Хотя постой, кого-то он мне напоминает?

К ним присоединился Толик Елисеев. Он уставился на портрет, но не выразил при этом совершенно никаких эмоций.

- Ты и здесь  ничего не видишь? – обратилась Наташа Волкова к Ольховскому.

- Нет, - с досадой ответил тот.

- А ты? – Наташа перевела сой взгляд на Елисеева.

- Ну, если честно… - начал Толик многозначительно…

- И с тобой тоже все ясно, - прервала его Наташа. – Раньше я была более высокого мнения о ваших умственных способностях.

- Это ты уже хватила, - голос Елисеева звучал раздраженно. – А что ты делаешь?

Двумя листами белой бумаги Наташа прикрыла верхнюю и нижнюю часть лица, изображенного на портрете. Простым карандашом девушка стала наносить легкие тени вокруг глаз. Глаза сделались более выразительными и до боли знакомыми. Уже невозможно было усомниться в их принадлежности к восточной расе. Еще несколько плавных линий и штрихов и теперь ни у кого не было сомнений чье лицо изображено на портрете.

- Я звоню в полицию! – Наташа решительно направилась к телефону.

- Подожди минуту и выслушай меня, - попытался остановить ее Сергей.

Девушка остановилась в недоумении. На несколько секунд она лишилась дара речи и только беззвучно шевелила губами. Наконец ее прорвало:

-Как! И ты еще сомневаешься?

- Дело не в этом, Наташа, - послышался голос  Елисеева. – У нас нет никаких доказательств ее вины. Ее отец занимает очень высокое положение. Этим звонком мы только испортим себе репутацию и наживем большую кучу неприятностей.

- А я плевать хотела на эту кучу! – Наташа резко подняла телефонную трубку, но Ольховский тут же опустил свою ладонь на рычаг.

- Не надо поддаваться эмоциям, Наташа, - голос Сергея был тих и спокоен. – Ты все поймешь сама, когда немного успокоишься.

- Если в городе погибнет еще одна девушка, то это будет уже на твоей совести! – прокричала она, опустившись на стул.

- Я помню об этом, - ответил Сергей. Он наполнил стакан водой и протянул его  девушке.

Прошло несколько долгих минут, прежде чем детектив заговорил снова.

- Итак, продолжаем работать. Ты, Толик, переоденешься и постараешься изменить свою внешность. Будешь внимательно следить за журналисткой. Она видела тебя всего один раз и есть надежда, что не узнает, даже если заметит.

- В случае моего обнаружения я могу пойти на прямой контакт с объектом наблюдения и притвориться пылким воздыхателем, - Толик выглядел деловым и напыщенным одновременно.

Даже, несмотря на то, что пару минут назад она была в расстроенных чувствах, Наташа едва удержалась от смеха.

- Кем ты собираешься притвориться, - лукаво переспросила она. – Пылким воздыхателем?

Девушка опустила голову, и плечи ее затряслись. Не смог удержаться от улыбки и Сергей.

- Не нужно этой самодеятельности. Просто следи за ней, чтобы она тебя не видела. Ты меня понял?

- Понял, - пробурчал Толик неохотно.

Сергей повернулся к Волковой и внимательно посмотрел на нее. Девушка подняла глаза, и они встретились взглядом. «А она очень мила», - подумал Сергей, а вслух произнес:

- Ты, Ната, покопаешься в ее прошлом. Я думаю, что она скрывает его не зря. Я сейчас  «лечу» в гостиницу «Россия».  Там обнаружилась некая знакомая нашей подопечной. Надеюсь получить от нее полезную информацию.

Ольховский повернулся к Елисееву.

Переодевайся, гримируйся и преступай к слежке.  С наступлением темноты я сменю тебя.

Уже за рулем своего автомобиля Сергей обнаружил, что его влюбленность в журналистку исчезла также быстро, как и появилась. Это открытие его обрадовало и разозлило одновременно. Ольховский почувствовал себя легко и свободно, но детектив злился на себя за то, что позволял какой-то девчонке «водить себя за нос». Она, значит, вертела им, как хотела, а он раскис и поплыл. Обидно!

Сергей почувствовал, что на душе стало легче. Он стал снова независимым и свободным молодым человеком.

 

страницы романа:

1 || 2 || 3 || 4 || 5 || 6 || 7 || 8 || 9 || 10

11 || 12 || 13 || 14 || 15 || 16 || 17 || 18 || 19 || 20

21 || 22 || 23 || 24 || 25 || 26 || 27

Понравилась статья? Порекомендуйте ее друзьям!


 

 

 

 

 

 

 

 

читайте также:

Комментарии


Комментариев пока нет. Желаете написать первый?

ваше Имя или Ник

Комментарий